Читаем без скачивания Лучшее и любимое - Максим Мейстер

Экарши был в восторге.

– Ты – маг! – сказал он. – Ты по ошибке родился в роду воинов. Это очевидно. Я попробую перевести тебя в город, в школу магов. Если ты постараешься, то вскоре нагонишь остальных, и со временем станешь достойным…

Я не хотел. И отказался, вымолив у Экарши обещание никому ничего не рассказывать. Он нехотя обещал, понимая, что мой клан так просто не сдастся.

В семье я был единственным сыном. Для отца остаться без наследника было смерти подобно. К тому же я был убежден в несправедливости мира, и мне было все равно, чем заниматься. Так зачем же расстраивать родных, когда «быть воином» и «быть магом» – одинаково бессмысленно?..

Я продолжил обучение в школе вождей, а потом, спустя десяток лет, наследовал власть в своей небольшой деревеньке.

Так бы и провел жизнь, вяло выполняя бессмысленный долг в бессмысленном мире, если бы не Экарши, который однажды прислал письмо:

«То, что я расскажу, не должны знать простые люди. Но ведь ты маг, хоть и не проявленный. Через двадцать пять лет открывается портал, ведущий на Вершину Мира. Он открывается раз в эпоху. Тот, кто войдет в него, определяет мир, в котором будут жить люди в следующую эпоху. Среди нас выбирается лучший. Самый чистый и достойный. Именно он через четверть века окажется на Вершине Мира, чтобы определить дальнейшую судьбу… Все, что он скажет – сбудется…»

Я бросил все и помчался в город, в школу магов. Я учился, как одержимый! Теперь у меня была цель!..

Но вскоре понял, что Экарши – хитрец. Он знал, что у меня нет ни малейшего шанса стать тем, кто войдет в портал. Маг, определяющий судьбу следующей эпохи, давно был избран. Мой старый наставник просто хотел вернуть «заблудившегося» мага. Наверное, он забыл про мои детские рассуждения. Или не придал им значения. Ведь для него это были всего лишь «типичные метания молодого мага». Да, став магом, я снова искал, снова пытался найти высшую справедливость и смысл, но и сейчас, спустя десятилетия, я вижу только одну высшую справедливость – мир без страданий. Мир красоты и безмятежности. А такой мир несовместим с разумом. Высшая справедливость – это мир без людей…

Когда я понял, что мне никогда не стать тем, кого пустят в портал, я решил туда прорваться. Любой ценой. Ведь я был не настоящим магом, и навыки воина очень пригодились: ведь даже самый могущественный маг становится беспомощным, когда меч отделяет его голову от туловища…

Вначале дело шло медленно, но теперь магов почти не осталось. Я поднял воинов, которым хотелось называться высшей кастой, а не быть вечно вторыми… Да, сейчас в мире нет даже спокойствия, не говоря уж о счастье, которого не было и раньше. Не знаю почему, но без магов вожди совсем распоясались и устраивают резню за резней, одна ужаснее другой. Но все это уже не важно. Потому что вскоре…

Да, я убивал друзей и учителей. Подло, из-за спины. Я забыл о долге и чести, совести и сострадании. Но все это оправдывается высшей целью. Скоро ничего не останется. И памяти о том, что я сделал – тоже. И этих мучений, которые разрывают меня уже столько лет…

Потому что я стою перед древней скалой, в которой раз в эпоху открывается портал на Вершину Мира… Следующей эпохи не будет. Ничего не будет…

Вокруг, в лесах – мои соратники. Чтобы ни один маг, еще оставшийся в живых, не прорвался и не помешал мне. А сам я неотлучно жду открытия портала… И чувствую, что он вот-вот откроется…

Свет. Не солнечный. Настоящий. Тот, что есть основа мира. Теперь я понимаю, почему каждый маг желает оказаться здесь. Не для того, чтобы ощутить абсолютную власть над миром и определять судьбу – это интересно лишь воинам. Маги мечтают попасть сюда ради абсолютного понимания. И… единения с реальностью…

Меня пронизывает свет реальности, и теперь я знаю ВСЕ.

Множество миров. Наш – лишь один из многих. И это правило, что один из нас может менять мир – лишь игра для Создателя этих миров. Он может соблюдать это правило или нет. Но я знал, что он исполнит все, что я скажу. Даже если я произнесу: «Этого мира нет, не было и не будет!»

И я уже понимал, что не скажу этого. Зачем? Ведь этому правилу подчинится лишь один из многих несправедливых миров. Какой смысл исправлять чужие ошибки? Не я создал этот мир таким, какой он есть. Пусть за него будет стыдно самому Создателю. Я же могу отвечать только за свой мир. А каким он был, МОЙ мир?..

Отравленные соратники, зарезанные учителя, предательство и зло. И еще… грустная, почти не искаженная болью, улыбка Экарши Дева, когда мой кинжал…

И только один способ все исправить…

Я поднял руки и сказал:

– Меня… не было, нет и не будет…

Инопланетяне

Почти два года не видеться и не общаться. Серьезное испытание для дружбы.

– Но, надеюсь, не смертельное… – пробормотал Тимофей и сильнее вжал голову в плечи. Ему было неуютно в этом кафе. Казалось, все смотрят именно на него, на Тимофея. И больше никуда. Но, мало того, не только смотрят, а еще и думают: «Что делает священник в этой забегаловке?»

Тимофей в десятый раз убедился, что на нем не сутана, а самые обычные брюки и свободная рубашка на выпуск.

На молодого человека с вьющимися темными волосами и короткой аккуратной бородкой действительно поглядывали. Одна девушка прошла рядом и словно ненароком спросила:

– Свободно?

Тимофей замотал головой, взглядом создав такую стену, что девушка тут же ретировалась.

Людей в кафе становилось все больше. Время обеда. Запахи выпечки и кофе и без того настойчивые, казалось, стали еще сильнее. Служащие из офисов спускались перекусить. Тимофей стал пристально вглядываться в лица проходящих мужчин. Напряжение переросло в волнение.

«Спокойно, спокойно… Два года – не срок. Все будет хорошо…» – Он так увлекся переживаниями, что не заметил, как к столику подошел плотный мужчина, постоял, а потом громко сказал:

– Тимка, ты чего сидишь, словно не узнал?!

– Андрей?! – Тимофей встал, хотел обнять, но потом неловко пожал руку.

Одновременно знакомое и незнакомое лицо. Чисто выбритые полные щеки, прищуренные глаза и странная, словно нарисованная, улыбка.

– Давно не виделись… – Тимофей смотрел на старого друга и вдруг понял, что Андрей не здесь. Глаза пустые, думает о чем-то своем, а встречей явно тяготится. Сразу расхотелось рассказывать. «Неужели два года разлуки могут быть сильнее десяти, проведенных вместе за одной партой? Десяти лет общих тайн и увлечений, общих размышлений и сомнений?.. Но кому еще рассказать? Настоятелю? Ни за что! Вернее, потом, на исповеди. А сейчас нужен дружеский совет. И совет человека, который разбирается в мирских делах…»

– Слушай, я тебя не узнал. Ты же в семинарии тощий был, как щепка! – сказал Тимофей, прогоняя неприятные мысли. «Просто друг еще не отошел от работы, сейчас поговорим, вспомним прошлое, все придет в норму…»

– Ну так на постных щах не растолстеешь, – усмехнулся Андрей, присаживаясь за столик. – Зато ты все такой же. Сан-то получил?

– Да…

– Ну, значит, при случае, будет к кому на исповедь ходить…

Повисла неловкая пауза.

– А у тебя как? – кашлянул Тимофей.

– Работаю. Семья. Знаешь ведь. Недавно дочка родилась… Ты подожди, я сейчас. Что есть-пить будешь?

– Нет, спасибо, я…

– Да ладно! – Андрей ушел и вернулся с полным подносом. – Ты извини, что я тебя в кафе затащил. Просто ты так неожиданно позвонил. Конечно, можно было бы по старой памяти в церкви или у тебя там, но я же работаю, так что…

– Ничего, я понимаю. И так неудобно, что время обеда у тебя отнимаю.

– Да ладно… – снова махнул Андрей рукой и взялся за ложку. – Старый друг еде не помеха. Постриг-то не собираешься принимать? – В голосе Андрея вдруг проскользнула холодность.

– Собираюсь, – кивнул Тимофей, чувствуя себя все более неловко.

– А я вот женился. Каждому свое.

– Конечно-конечно. Отчасти поэтому к тебе и обратился.

– Да ну? И какие проблемы у безупречного Тимки?

– Андрюха, перестань, ты как не родной…

– А что, думаешь, я не понял, почему ты пропал? Как я женился после семинарии, так ты даже в гости ни разу не зашел. Я для тебя предатель?

– Да ты что?! – Тимофей широко раскрыл глаза. – Ты о чем?

– Ладно прикидываться, я же помню. Мы клятву друг другу давали, что вместе станем монахами. Вот ты и…

– Слушай, Андрюх, перестань! Нам же по пятнадцать тогда было, я и забыл об этом… Да нет, помнил, конечно, – поправился Тимофей. – Но я не из-за этого не приходил… Ты же сам тогда стал как-то ко мне… Я и подумал, что третий лишний, не стал…

– А я решил, что из-за клятвы на меня бычишься, – сказал Андрей и отложил вилку. – Слушай, не врешь?!

– Я же священник теперь, мне нельзя…